Тень над Иннсмутом (черновик)

Posted: Декабрь 26, 2014 in Uncategorized
Метки:, ,

the_shadow_over_innsmouth_by_worgue-d5oqdq3

Перевод сохранившихся страниц неопубликованного черновика «Тени над Иннсмутом». Английский текст доступен в Интернете, а вот русского, насколько мне известно, пока не было. Конструктивная критика приветствуется.

[p. 1-6:]

   Летом 1927 года я неожиданно прервал свою поездку по Новой Англии и вернулся в Кливленд в состоянии крайнего нервного истощения. Я редко рассказывал о случившемся во время моего путешествия, и не вполне уверен, почему решился рассказать об этом сейчас, разве что потому, что недавние сообщения в газетах немного развеяли сковывавшее меня напряжение. Оказывается, большая часть пустых старых домов на набережной в Иннсмуте были уничтожены пожаром, а вместе с ними и ряд строений в глубине города, дальше от моря. Необычайно мощный взрыв, который слышно было на многие мили вокруг уничтожил черный риф в полутора милях от берега, где пологое дно внезапно обрывается в глубочайшую бездну. По некоторым причинам я нахожу в этом большое удовлетворение, и мне произошедшее кажется не катастрофой, а благословением. Я особенно рад, что уничтожены старое кирпичное здание ювелирной фабрики и украшенное колоннадой здание Зала Ордена Дагона. Поговаривают о поджоге, и, думаю, старый Отец Иваники мог бы многое рассказать.
Об Иннсмуте я впервые услышал всего за день до того, как оказался там в первый и последний раз. На современных картах он не встречается, и я собирался из Ньюберипорта отправиться прямо в Аркхем, а оттуда в Глостер, если удастся найти транспорт. Машины у меня не было, и путешествовал я автобусами и поездами, всюду стараясь найти самый дешевый вид транспорта. В Ньбюерипорте мне сказали, что до Аркхема лучше всего добираться поездом, и только на вокзале, мрачно раздумывая о дороговизне железнодорожных билетов, я впервые услышал об Иннсмуте. Кассир, судя по речи не местный, с сочувствием отнесся к моему стремлению сэкономить, и предложил то, чего не предлагал больше никто из моих собеседников.
Можете, конечно, поехать автобусом, — сказал он с некоторым сомнением в голосе. – Хотя его здесь не слишком любят. Он проезжает через Иннсмут – может слыхали? – так что людям не нравится. Водитель и сам из инсмунта, Джо Сарджент его зовут, но к нему никто не садится ни здесь, ни в Аркхеме. Странно, что автобус вообще ещё ходит. Но зато дешево, я так думаю, хотя ни разу не видел больше двух-трех человек на весь автобус, и то одни Иннсмутцы. Уезжает с площади, от аптеки хэммонда в десять утра и семь вечера, если, конечно, расписание не поменялось. Автобус, правда, совсем развалина – сам то я на нем ни разу не ездил.
Вот тогда то я впервые и услышал название Иннсмут. Меня, естественно, заинтересовал бы любой городок, не упомянутый в путеводителях, да и неопределенные намеки кассира пробудили своего рода любопытство. Городок, способный внушить такую неприязнь соседям, решил я, должен быть по меньшей мере необычным, стоило бы на него взглянуть. Если остановка будет до Аркхема, там и сойду, решил я, и попросил кассир рассказать мне о городке.
— Иннсмут? Странный городок в дельте реки Мануксет. Раньше, до войны 1812 года, был почти настоящий город с процветающим портом, но за последнюю сотню лет совсем пришел в запустение. Железной дороги нет – центральная туда и не шла никогда, а ветка из Роули много лет как заброшена. Говорят, там заброшенных домов больше, чем людей, и никакого бизнеса. Либо в Аркхеме, либо в Ипсвиче торгуют. Раньше там много всего было, а теперь осталась только старая ювелирная фабрика.
— Фабрика, зато известная. Все коммивояжеры о ней знают. Делают такие необычные украшения, из какого-то сплава, который все никак ни у кого не получается нормально проанализировать. Говорят, платина, серебро и золото – но продают их так дешево, что как то в это не верится. Больше то таких никто не делает.
Старик Марш, владелец, должно быть богат ка Крез. Страннный тип, далеко от городка не отъезжает. О Он внук капитана Абеда Марша, основателя фирмы. Мать его была иностранка – вроде бы откуда-то из Южных морей – так что большой был скандал когда он женился на девушке из ипсвича с полвека назад. С Иннсмутцами если кто свяжется, всегда так выходит. Внуки и правнуки его, правда, выглядят вполне нормально. Мне их тут показывали. Но самого старика я не видел.
— А почему Иннсмут так не любят? Ну, что местные говорят тоже не все на веру можно принимать. Разговорить то их сложно, но как начнут – не остановишь. Про Иннсмут неладное поговаривают – в основном шепотом – уже век, поди, не меньше, и по большей части, мне кажется, говорят с опаской. Некоторые истории прям смешно слушать – про то как старый Абед Марш с дьяволом сговорился, и чертей в Иннсмут привез, или про дьяволопоклонников, на которых кто-то где-то рядом с верфью когда-то в середине прошлого века наткнулся, когда они там жертвоприношение устраивали. Сам то я из Пэнтона, Вермонт, и в такие истории не верю.
— На самом то деле это, конечно, расовые предрассудки – хотя не скажу, что виню местных. Я и сам иннсмутцев не переношу, и в город их не поехал бы. Вы, пожалуй знаете – хотя говору ясно, что вы с Запада – много кораблей из новой Англии ходили в разные порты в Азии, Африке, Южных морях и ещё Бог знает где, и каких странных людей они иногда привозили обратно. Слыхали, поди про салемца, который привез себе жену из Китая, и есть ещё колония островитян с Фиджи на Кейп-коде…
— Вот и в Иннсмуте что-то вроде того произошло. Место-то всегда было от остальной страны отрезано солончаками и бухтами, точно-то ничего не скажешь, но не сложно додуматься, что капитан Марш привез с собой всякой странной пакости, когда у него ещё было аж три корабля, в 1830-х и 40-х. Есть в иннсмутцах что-то странное – не знаю, как и сказать точно, но мурашки у меня от них. Даже в Джо Сардженте это заметите, если поедете автобусом. Носы у многих из них плоские, рты большие, подбородки вялые, а кожая какая-то странная, словно сероватая. И шея вот по бокам вся в складках, да и лысеют они очень рано. Никто ни здесь, ни в Аркхеме не хочет с ними связываться, да и они, когда приезжают в город, держатся особняком. Раньше по железной дороге ездили, доходили до станции в Роули или Ипсвиче, а дальше поездом, а теперь вот на автобусе приезжают.
-Да, гостиница в Иннсмуте есть, называется Джилмен Хаус, но не думаю чтоб она была шибко хорошая. Я бы даже пробовать не стал, на вашем месте. Лучше задержитесь тут, завтра утром сядете на автобус, а там пересядете на вечерний до Аркхема, в 8 часов. Пару лет назад один чиновник-инспектор останавливался в Джилмен Хаус, так вот он потом намекал на всякие нехорошие дела. Странные там люди, судя по всему, собираются. Он рассказывал, что в соседней комнате голоса слышал, от которых аж дрожал весь с испугу. Язык иностранный, но он говорил, что хуже всего был не язык даже, а голос. Неестественный, булькающий какой-то, так он рассказывал. Говорит, так и не заснул. Так и просидел всю ночь одетый, а с утра пораньше сбежал, потому что говорили то считай всю ночь.
Этот парень – Кейси его звали – много чего рассказывал про фабрику Маршей, и кое-что из его рассказов очень даже напоминает старые байки. Бухгалтерские книги у них там совсем, считай, не ведут, станки все чуть не разваливаются, как будто ими давно никто не пользовался. До сих пор стоят водяные мельницы на Мануксете. Работников всего ничего, да и те почти ничего не делают. Я вот и подумал, когда он это всё рассказал, что по слухам-то Марш эти свои штуки не изготавливает, а только продает. Все говорят, что не закупает он на фабрику материалов, чтоб там всё работало, видать завозит эти странные побрякушки откуда-то – бог его знает откуда. Я то в это не верю. Марши уже сотню лет торгуют этими невообразимыми кольцами, браслетами и тиарами. Если б их ещё где можно было достать, уже бы кто-нибудь да прознал бы. Да и не завозят ничего в Иннсмут в таких количествах, ни морем, ни сушей. Завозят только странное какое то стекло, бусы да резиновые побрякушки (?), какими раньше с дикарями на островах торговали. А вот что на фабрике что-то странное находят каждый раз, как устраивают проверку – это факт. Двадцать с лишним лет назад один инспектор даже пропал – так ничего про него и не известно. А сам я знавал Джорджа Коула, который как то стался на ночь в Иннсмуте и сошел с ума, бедняга. Пришлось паре дюжих санитаров доставить его в Дэнверский приют для умалишенных, где он до сих пор и пребывает. Все бормочет про какие-то звуки и кричит про «чешуйчатых морских дьяволов».
— Ещё одна история по этому поводу вспоминается. Про черный риф у побережья. Его ещё называют Рифом Дьявола. По большей части он почти все время покрыт водой, так что островом его не назовешь. По легенде, на рифе иногда видят целую армию чертей – скачут там туда сюда, залезают в какие-то пещеры. Риф весь неровный, поболе мили от берега, и моряки этот риф обходят стороной. Капитана Марша недолюбливали ещё и за то, что он периодически к этому рифу приставал, когда там бывало посуше. Может его скала интересовала, или ещё что, но слух был будто бы там он с дьяволами и договаривался. Это было ещё до эпидемии 1846, когда в Иннсмуте чуть не половина жителей умерла. Что за болезнь такая так до конца и не разобрались, но, наверное, моряки завезли, из Китая или ещё откуда.
Может, тогда все приличного происхождения люди и вымерли. Ну да так или иначе, сейчас Иннсмутцы – сомнительный народ – их кстати не больше 500 или 600 человек. И Марши, хоть и состоятельные, а ничем не лучше остальных. На юге таких называют белым отребьем – подозрительные типы, пронырливые, и замешаны в каких-то темных делишках. В основном ловят лобстеров и продают. Никак за ними не уследить, ни чиновники из департамента образования, ни переписчики с ними не справляются. Вот потому я бы на вашем месте вечером туда не ездил. Не был там и не собираюсь, но днём то наверное все должно быть в порядке – хотя вас ещё будут отговаривать. А если достопримечательностями любуетесь, так вам Иннсмут прекрасно подойдёт.
Вечер я провел в публичной библиотеке Ньюберипорта, разыскивая сведения об Иннсмуте. Местные, которых я пытался расспрашивать – в магазине, столовой, даже на пожарной станции – и впрямь оказались неразговорчивы, даже в большей степени чем предсказывал кассир, а времени какследует их разговорить у меня не было. Клерк в YMCA просто советовал мне не ездить в столь ужасное, порочное место, и посетители библиотеки явно разделяли его отношение, считая Иннсмут превосходным примером упадка и дегенерации.
Истории графства, которые я нашёл в библиотеке, почти ничего не сообщали об Иннсмуте, кроме того, что основан он был в 1643 году, ещё до революции известен был как центр кораблестроения, в начале девятнадцатого века процветал благодаря морской торговле, а позже обзавелся несколькими фабриками и стал небольшим центром промышленного производства, благодаря дешвой энергии реки Мануксет. Об упадке писали мало, хотя значимость позднейших записей трудно переоценить. После гражданской войны вся хозяйственная жизнь города вращалась вокруг предприятия Маршей у Нижних Порогов, а продажа продукции этой фабрики осталась чуть ли не единственным признаком деловой активности. Эмигрантов было мало, в основном поляки и португальцы на южной окраине города. Финансовая обстановка в городе была крайне тяжелой, и если бы не фабрика Маршей, денег в городе совсем не осталось бы.
Нашлось к тому же немало буклетов и каталогов с рекламой продукции Маршей, и я начал осознавать насколько поразительной была продукция этого предприятия. Украшения были высочайшего качества и необычайно оригинального вида, столь великолепно, что не приходилось сомневаться что по крайне мере последние стадии производства во многом зависели от ручной работы. Некоторые из фотографий меня чрезвычайно заинтересовали, их странная красота указывала на работу выдающегося и экзотического гения – столь выдающегося и странного, что сложно было не задуматься о том, где он черпал вдохновение. Легко было поверить утверждениям одного из буклетов, что эти украшения предпочитали люди тонкого вкуса, а некоторые экземпляры выставлялись в музеях современного искусства.
В основном предметы были довольно крупными – браслеты, тиары, кулоны – но хватало и вещичек поменьше, и колец. Рельефы и барельефы – как обычные, так и с любопытными морскими мотивами – выполнены были в совершенно особом стиле, не похожем ни на одну из знакомых мне традиций. Их неземной характер подчеркивался и странностью самого сплава, общее впечатление о котором давали несколько цветных фотографий. Что-то в этих предметах меня зачаровывало – пожалуй, даже слишком сильно – и я решил непременно разыскать несколько оригиналов в Иннсмуте, а также в магазинах и музеях в других местах. Но к восхищению моему примешивалось и какое-то странное отвращение – возможно порожденное злобными и глупыми легендами об основателе компании, о которых рассказал мне кассир.

[p. 17:]

Дверь в магазин Марша была открыта, и я, преисполненный нетерпения, зашел внутрь. Помещение было на вид весьма запущено, и к тому же плохо освещено. Витрины, впрочем, были довольно качественными. Мне навстречу вышел молодой человек, и приглядевшись к нему, я вновь почувствовал смутное беспокойство. Он был не то чтобы некрасив, но было и в чертах его лица, и в его голосе что-то странное, ненормальное. Я не смог сдержать неожиданной, но сильной неприязни, и внезапно почувствовал, что совершенно не хочу показаться ему хоть сколько-нибудь перспективным покупателем. Не вполне понимая, что делаю, я сказал ему, что занимаюсь скупкой ювелирных изделий, работаю в фирме в Кливленде, и собрался уже продемонстрировать исключительно профессиональный интерес.
Но придерживаться этой истории оказалось сложно. Продавец включил свет поярче и начал показывать мне витрины одну за другой. Увидев блистающие чудеса, лежащие на витринах, я едва сохранил способность связно говорить и самостоятельно передвигаться. Не нужно было обладать особой эстетической чувствительностью, чтобы поразиться странной, неземной красоте этих украшений, и восхищенно разглядывая их, я понял, как далеки от реальности были даже цветные фотографии. Даже сейчас я едва могу описать то, что видел — хотя те, кому посчастливилось встретить или даже приобрести подобные украшения, наверняка смогут рассказать о них подробней. Обилие этих странных предметов вызвало во мне разом и благоговение, и беспокойство. Эти арабески казалось, не были созданы руками земных существ — и уж тем более они не могли быть изготовлены на старой фабрике совсем неподалеку. Сами рельефы намекали на далекие пространства и непредставимые бездны, а встречающиеся иногда морские мотивы лишь усиливали ощущение нездешности, потусторонности украшений. Некоторые из изображенных восхитительных чудищ словно пробудили во мне некие мрачные, давящие ложные воспоминания, которые я [текст обрывается]

[p. 21:]

(…the taint and blasphemy of furtive Innsmouth. Предложение начинается на предыдущей, утерянной странице. Конец его звучит так: …порочность и богохульство тайного Иннсмута). Он был самым обычным человеком, которого, казалось, не затронул царящий вокруг упадок и, как любой нормальный человек, он был в ужасе. Но он жил с этим ужасом так давно, что, в отличие от меня, научился мириться с ним.
Сбросив с себя руки пожарных, которые пытались его задержать, древний старик поднялся на ноги и поприветствовал меня словно старого знакомого. Парень из магазина рассказал мне, где Дядя Зедок обычно доставал выпивку, и я, не говоря ни слова, повел его в нужном направлении – через площадь и вокруг Эллиот-стрит. Для человека его лет, да ещё и склонного к пьянству, он шел на удивление быстро и уверенно, и я поразился крепости его организма. Мое стремление поскорее убраться из Иннсмута на время оставило меня, и вместо него меня обуревало странное любопытство, стремление с головой погрузить в местную мифологию, хранителем которой был этот бормочущий патриарх. Мы купили кварту виски у задней двери какого-то сомнительного магазинчика, и я повел Дядю Зедока по Саус-стрит к совершенно заброшенной части набережной, и дальше на юг, туда, где нас не смогли бы увидеть даже рыбаки, и где мы смогли бы спокойно поговорить. Ему же это почему-то не понравилось – он постоянно бросал косые нервные взгляды на Риф Дьявола – но зов виски оказался слишком силен, и сопротивляться ему старик не смог. Когда мы нашли, где присесть — на самом краешке насквозь прогнившего пирса — я дал ему глотнуть из бутылки и подождал, пока напиток не возымел свое действие. Естественно я старался выдавать ему выпивку понемногу, потому что мне не хотелось, чтобы его красноречие обернулось ступором. По мере того как он немного расслабился, я начал потихоньку задавать вопросы об Иннсмуте, и был немало напуган его тихой, жуткой, но искренней речью. Он вовсе не казался безумцем, хотя его истории заставляли предположить именно это, и я поймал себя на том, что дрожу, хоть я и не поверил его фантастическим выдумкам. Я уже не удивлялся наивной доверчивости суеверного отца Иваники.

[Отличий между черновиком и опубликованной версией не так много. Первый абзац в финальной версии несколько живее, рассказ кассира — несколько короче, а Зедок обзавёлся фамилией (Аллен). Главное отличие черновика — присутсвие некоего отца Иваники, очевидно не связанного с Глубоководными и, следовательно, союзника героя. В опубликованной версии этот персонаж отсутсвует. Персонаж с таким именем встречается в «Снах в Ведьмином доме», а также появляется в ряде настольных игр].

weirdershadows-illo-fb

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s