martian-chronicles500lgjpg

Марс! Красная планета привлекает внимание писателей, художников и прочих творческих личностей чуть ли не с момента зарождения научной фантастики в современном понимании. В нашем распоряжении вся Галактика, и даже не одна, всё пространство и время, и  всё равно мы раз за разом возвращаемся к Марсу. Марс превратился в один из универсальных образов, знакомых всем и каждому, даже тем, кто ничего отдаленного напоминающего фантастику не читал и не смотрел.

Истоки образа Марса в принципе понятны. Поначалу у фантастов не было особого выбора. Планеты за пределами солнечной системы теоретически, конечно, были, но какие и где – непонятно, а Марс вот он, за окном, прекрасно виден. Хотите в космос – вам на Марс. Кроме того, он так похож на Землю. Поэтому так и приковывает внимание – эффект «зловещей долины» в масштабах солнечной системы. Прибавить к этому суматоху с каналами, которые то ли есть, то ли нет – и воображение уже работает. Хотя справедливости ради – поначалу-то ничего такого особенного в нем не было.

Уэллсу Марс сам по себе не нужен – треножники могли бы с тем же успехом быть хоть с Венеры, хоть из соседней галактики. Марс Берроуза – не тот Марс, который нам знаком. Барсум мог бы находиться в параллельной реальности или далеком прошлом. А вот Марс Брэдбери уже наш, непонятный и таинственный, вроде бы близкий, но угрожающий. Может быть, потому что уже для него Марс был не просто планетой, а родиной тех самых треножников.

Галактика в нашем восприятии растет, планет всё больше, и за пределами солнечной системы в том числе. Начинается очередной рывок в развитии физики, и космос  уже не самое интересное. Бескрайний оптимизм начала века умирает, всеми забытый и брошенный, и приходится думать о том, как бы нам себя не угробить. Внеземной разум становиться агрессивней – хотя нет, он с самого начала был агрессивным. Так или иначе, чем больше мы знаем, тем больше мы фантазируем. Какой, казалось бы, простор для воображения. И всё равно одним из ключевых лейтмотивов фантастики остается Марс. От Уэллса до Брэдбери, до Филиппа Дика и Джона Карпентера, до, извините за выражение, WH 40к. Марс Брэдбери и Стругацких – форпост освоения солнечной системы и убежище человечества, и Марс Хайнлайна – далекая утопия, и предельно недружелюбный и чужой Марс Нивена, фронтир, потерянная колыбель человечества, главная загадка солнечной системы.

Новый Марс существует уже, в принципе, независимо от реально астрономического объекта. Про настоящий Марс мы довольно много знаем, а вот Марс как образ в первую очередь – таинственный. Если где-то обнаруживаются древние руины неясного происхождения, или появляется странная форма жизни, с которой невозможно вступить в контакт – в половине случаев это произойдёт на Марсе. По началу к Марсу обращались по необходимости, но со временем он стал скорее символом и приобрел массу новых значений и ассоциаций. Простой и логичный мотив постепенно превратился в сложный и многогранный образ, реальное значение которого не имеет практически ничего общего с пустой и пыльной планетой. С символами такое происходит постоянно, они для того и существуют чтоб постоянно меняться. Марс – просто удачный пример.

Потому что в итоге, после всех этих метаморфоз, именно образ Марса стал одним из источников вдохновения для одного из важнейших произведений массовой культуры всех времен. А вы думаете ради чего это всё написано? Исключительно как небольшое предисловие:

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s