Where Monsters Dwell: краткая история хоррор-комиксов Marvel Бронзового Века (часть 2)

Posted: Апрель 13, 2018 in Comics
Метки:, , ,

Однажды к Стэну Ли, главному редактору Marvel обратились из Министерства Здравоохранения США с просьбой сделать комикс об опасностях злоупотребления наркотиками. Ли согласился и написал историю, вышедшую в The Amazing Spider-Man #96-98 (с мая по июль 1971). Но CCA, комиссия, следящая за соблюдением установленного за пару десятилетий до того свода правил, известного как Comics Code, историю не одобрила. На протяжении десятилетий публиковаться без одобрения комиссии (то есть без ее «печати» на обложке) было с коммерческой точки зрения невыгодно, почти самоубийственно. Прямо запретить продажи комиссия не могла, но по факту не одобренные ей комиксы отказывались продавать практически все обычные распространители (вспомни, что специальных магазинов комиксов еще не было и в помине, речь шла об аптеках, бакалейных магазинах и т.п.), и уж точно их нельзя было продавать детям.

Для какого-нибудь «Доктора Стренджа», и так ориентированного на публику постарше, это может было бы и не смертельно, но для «Человека-паука», очевидно предназначенного для школьников, и даже не для самых старших… Нет, были героические борцы за свободу нравов которые все равно печатались без всяких печатей, но их было немного, издавали они либо хоррор, либо эротику, и прибыли от их занятий были ничтожны. Риск же для репутации издателя был еще выше – оказаться, с точки зрения широкой и неосведомленной общественности, в одной компании с порнографами для зависящих от детей и подростков Marvel и DC никак не хотели. Понятно, что к семидесятым созданный за сорок лет до того кодекс безнадежно устарел. Он и на момент создания казался большей части профессионалов неоправданно строгим, а в 1971 его набившие оскомину требования уже даже не смешили. Казалось, что дни кодексы сочтены, но рисковать и делать первый шаг никто не рвался. Ли потребовалась немалая смелость, чтобы, вопреки решению комиссии таки опубликовать свою историю (впрочем, издатель Мартин Гудмэн его поддержал).

Риск себя оправдал. Мало того, что соответствующие номера разошлись, несмотря на все трудности, приличным тиражом, их  хвалили и критики, и поклонники, и Департамент Здравоохранения. Дошло до того, что в CCA пришлось пересмотреть кодекс, впервые за много лет — теперь об употреблении наркотиков можно было писать, но, конечно, исключительно в негативном смысле, как об «омерзительной привычке». Надо заметить, что ни на какие реформы сам Ли не рассчитывал и результат оказался для него самого довольно неожиданным. Кроме пересмотра отношения к наркотикам, послабления в кодексе коснулись и ряда других вопросов. Вампиров, оборотней и прочую нечисть теперь можно было использовать, но только при условии, что они будут описаны «в классической манере Франкенштейна, Дракулы и других классических произведений Э.А. По и А. Конан-Дойля…». Впрочем, зомби и даже само слово «horror» по прежнему были запрещены. Но это детали — хоррор снова «разрешили», и за этим вскоре последовал беспрецедентный взлет его популярности, сравнимый разве что с тридцатыми годами (когда массовую популярность ужастикам обеспечили «Дракула» и прочие «классические чудовища» студии Universal). Пересмотр кодекса открыл множество новых возможностей. Стэн Ли, Рой Томас и Гил Кейн были к этому готовы и начали действовать, пока их конкуренты еще пытались разобраться что к чему. Следующее эпохальное если не для жанра в целом, до для Marvel точно событие произошло меньше чем через полгода, и опять на страницах Amazing Spider-Man. В номере 101 (октябрь 1971) впервые появился Майкл Морбиус, он же Морбиус, Живой Вампир  (Morbius the Living Vampire).

Биохимик по профессии, др. Морбиус (предположительно от латинского morbus, болезнь) страдал от редкого заболевания крови, и безуспешно пытался его вылечить. При лечении ему пришло в голову (возможно болезнь начала сказываться на мыслительном процессе) использовать сыворотку крови летучих мышей-вампиров. Вместо выздоровления он подцепил новую, гораздо более неприятную заразу, симптомы которой в точности повторяли «классический» вампиризм – ему пришлось пить кровь и избегать солнечного света. Кроме того, он стал чрезвычайно силен, научился летать, а внешностью стал отдаленно похож на очень бледную летучую мышь с огромными клыками. Укус его, как и укус «настоящего» вампира, неизбежно заражал жертву той же болезнью и превращал в чудище, подобное самому Морбиусу.

По слухам (хотя подтверждения этому так и нет) Ли и Томас изначально хотели обойти существующий в кодексе запрет, сделав своего персонажа именно живым – в правилах то было прописано что нельзя писать про вампиров – «ходячих мертвецов», отсюда и несколько странное определение Живой Вампир. Так или иначе, с появления Морбиуса началась трансформация хоррора в исполнении Marvel в форму, более соответствующую Бронзовому Веку.

К началу семидесятых конвенции жанра супергероики уже вполне устоялись, и, естественно, любой противника самого популярного супергероя Marvel неизбежно воспринимался как суперзлодей. Морбиус и выглядел соответственно – куда ближе к Зеленому Гоблину, чем к популярному представлению о том, каким должен быть вампир (на тот момент его определял Кристофер Ли из серии фильмов про Дракулу студии Hammer). Хотя слоган на обложке (A monster called… Morbius!) напоминал афиши к фильмам ужасов, в целом речь шла именно о супергероике.

Рою Томасу позже рассказывал, что они с художником Гилом Кейном хотели вообще использовать Дракулу, но их остановил Стэн Ли, который настаивал на появлении «вампира-суперзлодея» — и у которого, возможно, уже были другие планы на самого Дракулу. История Морбиуса стала первым примером хоррора «в стиле Marvel» новой эпохи. Ужасов, неразрывно связанных, если не сливающихся полностью, с супергероикой, супергероев (и суперзлодеев) «из склепа». И супергерои, и, конечно, хоррор существовали уже давно, фокус был в том, чтобы объединить казалось бы совершенно несовместимые явления, а в этом Marvel не было равных.

Основа «метода Marvel» в этом случае – выбор персонажа, который становится центральной фигурой долгой истории, разбитой на множество эпизодов. Сам источник страха (Дракула, например) становился центральным персонажем, вокруг которого строилась история, и которого окружали другие более-менее регулярно появляющиеся второстепенные персонажи (например, Харкеры и Ван Хельсинг). В хоррор-комиксах прошлого  отдельных сюжетов хватало на пару страниц, не больше, а персонажи обычно появлялись ровно один раз. Благодаря эксперименту с доктором Думом в Astonishing Tales Marvel уже знали, что «плохого парня» вполне можно использовать в качестве протагониста.

Дальнейшая судьба таких «долгоиграющих» персонажей в хорроре должна была повторять судьбу супергероев — если продажи шли хорошо, они получали собственные регулярные публикации, в точности как герои, дебютирующие в книгах своих более известных «коллег», а в случае успеха обзаводящиеся собственной серией.

Если в начале эры супергероев масштабы бизнеса Marvel были довольно ограниченными, то теперь разросшаяся компания рассчитывала полностью захватить рынок — в том числе и рынок хоррора. Если какая-нибудь серия плохо продавалась, ее, естественно, закрывали, но персонажей держали под рукой – ничто ведь не мешает им появляться еще где-нибудь.

Но прежде чем приступить к дальнейшему развитию своих «новых» ужастиков Marvel пришлось ненадолго вернуться к перепечатыванию материала из старых антологий, просто чтоб застолбить место на рынке.

Выпуском King-Size Special Tower of Shadows #1 в декабре 1971 и Chamber of Darkness Special #1 в январе 1972 Marvel попытались вдохнуть новую жизнь в материалы, созданные для первых номеров этих серий в конце 1969.

Но, естественно, одних репринтов старых серий было недостаточно для серьезной борьбы с главным конкурентом, DC Comics. Тем более что DC уже обзавелись своим собственным набором оригинальных хоррор-антологий, из которых самой известной была, пожалуй,  House of Mystery (запущенная аж в 1951).

Поначалу DC вроде бы пытались последовать за Marvel и объединить хоррор и супергероику, но когда популярность «чистого» хоррора снова начала расти, они без труда вернули свои антологии в первоначальное состояние. DC даже привлекли ветерана EC Comics Джо Орландо в качестве редактора House of Mystery, где со 174 номера появился Каин, «смотритель Таинственного Дома» — явно позаимствованный у EC аналог таких персонажей как Cryptkeeper, общий для всей антологии рассказчик. В том, что касалось чистого хоррора, у DC явно было перед Marvel преимущество.

<…>

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s